Война во время перемирия

Война во время перемирия

Наша волонтерская поездка длилась традиционных четыре дня по маршруту Львов – Чугуев – Славянск – Артемовск – Лисичанск – Северодонецк – Новоохтирка – Счастье – Новый Айдар – Львов. Всего около 3000 километров. Везли все, от сигарет, носков и вареников до беспилотников, плюс тянули Уазик для ребят на передовой, чтобы было чем ездить.В этот раз не было слышно артиллерийских залпов, однако напряжение, которое висело в воздухе, ощущалось и в дальнейшем, поскольку в перемирие мало кто верит. Зато виднелись разнообразные землеройные машины, которые копали траншеи, капониры и блиндажи.Тихо было в городе Счастья, где с крыши местной ТЭС видно позиции сепаратистов, а точнее российских войск. Это на расстоянии двух-трех километров, на другой стороне Северного Донца, который на большой части фронта разделяет наши и их войска.Еще раз убедился, что во время поездки после контактов с бойцами (солдатами и офицерами) в прифронтовой зоне чувствуешь себя значительно увереннее и, как минимум, два дня после возвращения нет никакого желания читать Интернет, смотреть новости с бесконечными воплями «диванной сотни», или дилетантскими разглагольствованиями доморощенных полководцев.Уверенные слова военных.

«Мы делаем свою работу» присутствуют во всех разговорах, так же, как и благодарность за то, что приехали. Так же, как и отсутствие каких-либо признаков паники и жалоб, даже от тех, кто уже служит почти год.Уже несколько стих ажиотаж вокруг самого необходимого. По крайней мере видишь всех экипированными, с касками и бронежилетами. Так что о босую и голодную армию говорить уже нельзя.Нет, конечно, упаси Боже подумать, что все хорошо и идет так, как надо. Ну что скажешь на тот факт, когда технику которую направляют на ремонт, нечем ремонтировать.

Когда всевозможные патрубки, клапаны, шланги и др бойцы покупают за собственные деньги, понимая необходимость восстановления боеспособности боевых машин, автомобилей и землеройных машин. А крысы из тыловых служб будто не видят этих проблем. Поэтому, конечно, ездить и помогать надо, помня, что этим мы спасаем чью-то жизнь и улучшаем бытовые условия наших «пацанов». Ведь мы, все-таки, готовим еду на газовой плитке и спим на простынях, в то время когда ребята на позициях это делают на паяльных лампах и спят в блиндажах на нарах, не раздеваясь. В лучшем случае в казармах, размещенных в бывших хозяйственных помещениях, или в палатках на блокпостах.Кстати, Донецкая и Луганская области – это сплошная система блокпостов на перекрестках дорог и на всех въездах в каждый город.

Следует заметить, что несоблюдение правил поведения грозит значительными неприятностями. Особенно, когда не виключиш фары перед блокпостом в темное время суток. Можешь получить очередь из автомата и хорошо, если предупредительную, а не в лобовое стекло. Что же, в условиях войны шутки неуместны. Кстати, «там» очень часто случаются интересные встречи.

Так в двух ротах нашей 80-й десантной бригады встретил двух товарищей из Винник, которые были вместе призваны в прошлом году, но не виделись, потому что находятся на разных позициях. А в блиндаже 24-й бригады встретил бойца, который при упоминании о львовскую 70-ю школу сказал, что у него там в первом классе учится племянница и передал ей привет.На блокпосту в районе Лисичанска мы увидели симпатичного бойца с красивым именем Василиса. Эта девушка из Бибрки, студентка Львовского медицинского лицея взяла академотпуск и поехали добровольцем в зону АТО. Когда же в госпиталь медсестрой ее не взяли из-за отсутствия диплома, она вместо возвращения домой поступила в батальон спецназначения рядовым бойцом и уже более пол года несет службу в полевых условиях. Если добавить, что ей всего 20 лет, то чем это не современная Елена Степановна.

Это – для тех трусливых парней, которые «косят» от призыва.А еще вспоминаю активистов волонтерского центра в Лисичанске, который собирает и распространяет вещи и продукты для беженцев и передает передачи бойцам на позиции, до которых долго добираться, или доступ ограничен. Тот центр, где можно переночевать во время поездки, если возникает потребность.А еще – отца с Лапаївки, который едет в волонтерской группе и на предложение немного отдохнуть отвечает. «Нет едем все вместе!» А священник в «Айдарі» (той части, которая воюет, а не отжимает автомобили), который одновременно служит бойцом и правит службу божью, ризы которого висят просто на спинке двухъярусной койки и меняются на бронежилет. А часовня построена им из плит ДСП с крестом из двух планок. Сравниваю с некоторыми львовскими, с позволения сказать, отцами, которые отказываются помогать воинам АТО, так же на подносе станет меньше.

А даже странная любовь к братьям нашим меньшим. В каждом подразделении должен быть песик или кот, которому уделяется очень большое внимание. Очевидно, что даже на войне должен иметь выход чувство естественной человеческой доброты. Здесь никто не говорит о язык, веру, политические взгляды, здесь важно лишь одно – ты с какой стороны. И больше ничего, все остальное второстепенно.

Война не имеет серых цветов. Белое, или черное и все. Потому что иначе смерть.И во всех разговорах один вопрос. «Когда уже это закончится?» И сразу же сами себе в ответ. «Еще не скоро!»Поэтому, как бы не было сложно, а помогать «пацанам» еще надо будет долго.

Ведь это наши с Вами «пацаны». И в каждой семье кто-то может оказаться «там». А если ты помог кому-то, то кто-то когда-то в критический период поможет и тебе, или твоему близкому. Иначе это будет не «по-пацанячому».И в завершение:«Слава Украине!»Эти слова, как заклинание.Героям слава!А они, герои, перед нами, Наши обычные ребята, по-фронтовому – «пацаны».Юрий Кужелюк, депутат Львовского горсовета, для «Взгляда» .

Related posts:

Leave a Reply