Расстрелянное небо Славянска. Репортаж из лагеря украинских бойцов АТО

 Расстрелянное небо Славянска. Репортаж из лагеря украинских бойцов АТО

В день здесь не всегда скажешь, что рядом война. Горячее солнце над половецкой степью выжигает из головы мысли, что рядом ежедневно льется кровь и чьи-то последние крики, словно из пулемета расстреливают небо. Такое обычное днем и изуродовано, уничтожено бесшабашными ночами, расколотый пополам винтами вертолетов, протрасоване снарядами и для кого-то совсем немилосердное. Здесь – война…«Мужики, вы не дети, должны все понимать. Ваши фото, которые вы опубликуете, могут помочь врагу.

Сейчас вы сфотографируете блокпост, а завтра к нам сюда наведаются «гости», – говорит боец, откровенно не рад нашему приезду. Нас немного успокаивает Андрей Антоныщак, координатор 1-го батальона Нацгвардии. «Все нормально. Лишнего не снимайте. Лучше переспрашивайте, что можно фотографировать, а что нет.

К журналистам здесь не привыкли. Вы первые украинские, кто к нам приехал и кого мы впустили сюда».«Сюда» – это в расположение сил Антитеррористической операции под Славянском. Деликатность момента понимаем. Здравый смысл побеждает профессиональный энтузиазм и уже в голове услышанное и увиденное делится на две примерно равные части. об этом можно, а об этом – Боже упаси.

И в результате к части нижченаписаного вполне можно подогнать слова Высоцкого. «Не то чтобы не знаю – рассказывать нельзя». Эхо МайдануВже как-то привык, что общение с Андреем каждый раз все происходит в экстремальных условиях. Еще в начале ноября мы мирно пили «сотку» во львовской кнайпе. Через два месяца разговаривали и пили кофе уже близ столичного Майдана.

Антоныщак уже руководил 9-й сотней Самообороны и рассказывал, что ребята готовы дать отпор любым беркутам. Оказался правым. А 20 февраля кофе уже не пили – встретились на несколько минут возле Главной почты.. и о чем там было говорить. Андрей хромал после ранения в ногу.

К счастью, как оказалось, не страшного. Теперь новая встреча – уже на войне. «Ты как елка обвешан», – шучу, глядя на него. Торс в бронежилете, на бедре кобура с именным «Макаровым» в одной руке «калаш», в другой рация. Едем в автомобиле на место дислокации.

«Здесь в день сравнительно безопасно, но не исключено, что какая-то сука может пальнуть по посадке», – говорит Андрей. Он приехал сюда со своими ребятами с Майдана. Всего в Нацгвардии записалось 24 бойца 9-й сотни. Хотелось больше, но не все прошли медкомиссию. Уже здесь на базе знакомимся с Денисом.

Официально должность Зубкова – командир 4-й роты 1-го резервного батальона Нацгвардии. Он – офицер запаса. Выглядит моложе своих 33. При этом говорит, что субординация существует и его слушают те кто и сташий, и выше по званию. «Что тебя привело сюда»?, – спрашиваю.«Эхо Майдана», – говорит с какой-то философской иронией на лице.Как на меня, ответ несмотря на лаконичность, очень меткая…. Ребята, кто из них сейчас не на боевом посту, заняты кто чем.

Одни отдыхают после очередной ночной стрельбы. Кое-кто готовит чай или похлебку. Другие копают окопы, которые по ночам часто становятся их спальнями. Кто-то, вооружившись автоматами пошел в село по воду. Ходят, кстати, человек по восемь минимум.

Пока двое набирают воду – остальное ощетинюють в разные стороны свои АК. Бдительность никогда не бывает лишней. Доказано кровью Волновахи.Интересуюсь, не томятся бойцы во времена, когда спадает напряжение. «Мужики, а чего вы с пустыми руками приехали. Кто так в гости ходит.

Надо было девушек взять, медведя, баню привезти. Развеселили бы нас немного», – шутит Денис. Даст Бог, думаю, когда закончится это зло, все тебе будет. Ну разве что медведя не уверен. Ходим лагерем.

Денис с Андреем знакомятся с ребятами, рассказывают истории. Интересно, что здесь бок о бок воюют те, кто во времена Майдана был по разные стороны баррикад – самообороновцы и бывшие бойцы войск внітрішніх. «Нормально. Есть, конечно, люди, которые в тихую шипят друг на друга, но внешне это не получается и проблем не создает. Унас тут одна боевая задача, так что не до конфликтов между собой», – говорит Денис.Его слова подтверждает полковник Владимир из управления Нацгвардии, до недавнего времени «вевешник».«У нас один общий враг и одна страна, которую надо защищать», – говорит он.Справляюсь о еще один момент, который мне кажется важным.

как сосуществуют профессионалы с ВВ с ребятами, которые скорее привыкли действовать по казацкому обычаю, а то иногда с элементами махновщины. Полковник и здесь не видит никакой проблемы. «Знаете, когда над головой свистят пули, лишний раз напоминать о дисциплине не приходится. Хотя, конечно, «сито» было. Кое-кто отсеялся».И полковник Владимир, и ротный Денис, и сотник Андрей подтверждают, что были ребята, которые где-то не рассчитали свои силы.

На волне революционной романтики записались в Национальную гвардию, но быстро поняли, что это не их. Основной отсев произошел еще в учебном лагере гвардейцев в Петровцах. Те, кто попал уже сюда, на фронт, в основном уверены в себе и своем выборе…. Действительно где-то даже немного умиляет, когда мирно беседуют сотники Майдана и офицеры ВВ. Еще только вчера они готовы были перегрызть друг другу глотку. Но такова жизнь.

Оно мудрее. Раны Майдана рано или поздно заживут, а боль в душах и сердцах… Боль глушит свист вражеских пуль. На счастье в день, когда мы находимся под Славянском, пули не досаждают нам общаться с бойцами. Время от времени раздаются взрывы в направлении злосчастной горы Карачун. Бьют из гранатометов.

Но это игрушки по сравнению с тем, что здесь происходит ночью. При чем буквально каждой ночи. «Ожидаете в день выборов особых неприятностей», – спрашиваю у бойцов, которые несколько расслабившись, уселись на траве и смотрят глазами в расстрелянное небо над Славянском. И здесь четыре голоса почти в унисон выстреливают фразу, как из пионерской речевки. «Мы их каждый день ждем».

Глядя на усталые лица бойцов, на Андрея Антонищака, который кажется вот-вот заснет прямо на ходу, осматривая нашу страшную бронетехнику, понимаешь. степная идиллия под палящим солнцем – это иллюзия. Так нечистый заманивает в ад, показывая его раем. Дальше будет….

Related posts:

Leave a Reply

Расстрелянное небо Славянска. Репортаж из лагеря украинских бойцов АТО

 Расстрелянное небо Славянска. Репортаж из лагеря украинских бойцов АТО

В день здесь не всегда скажешь, что рядом война. Горячее солнце над половецкой степью выжигает из головы мысли, что рядом ежедневно льется кровь и чьи-то последние крики, словно из пулемета расстреливают небо. Такое обычное днем и изуродовано, уничтожено бесшабашными ночами, расколотый пополам винтами вертолетов, протрасоване снарядами и для кого-то совсем немилосердное. Здесь – война…«Мужики, вы не дети, должны все понимать. Ваши фото, которые вы опубликуете, могут помочь врагу.

Сейчас вы сфотографируете блокпост, а завтра к нам сюда наведаются «гости», – говорит боец, откровенно не рад нашему приезду. Нас немного успокаивает Андрей Антоныщак, координатор 1-го батальона Нацгвардии. «Все нормально. Лишнего не снимайте. Лучше переспрашивайте, что можно фотографировать, а что нет.

К журналистам здесь не привыкли. Вы первые украинские, кто к нам приехал и кого мы впустили сюда».«Сюда» – это в расположение сил Антитеррористической операции под Славянском. Деликатность момента понимаем. Здравый смысл побеждает профессиональный энтузиазм и уже в голове услышанное и увиденное делится на две примерно равные части. об этом можно, а об этом – Боже упаси.

И в результате к части нижченаписаного вполне можно подогнать слова Высоцкого. «Не то чтобы не знаю – рассказывать нельзя». Эхо МайдануВже как-то привык, что общение с Андреем каждый раз все происходит в экстремальных условиях. Еще в начале ноября мы мирно пили «сотку» во львовской кнайпе. Через два месяца разговаривали и пили кофе уже близ столичного Майдана.

Антоныщак уже руководил 9-й сотней Самообороны и рассказывал, что ребята готовы дать отпор любым беркутам. Оказался правым. А 20 февраля кофе уже не пили – встретились на несколько минут возле Главной почты.. и о чем там было говорить. Андрей хромал после ранения в ногу.

К счастью, как оказалось, не страшного. Теперь новая встреча – уже на войне. «Ты как елка обвешан», – шучу, глядя на него. Торс в бронежилете, на бедре кобура с именным «Макаровым» в одной руке «калаш», в другой рация. Едем в автомобиле на место дислокации.

«Здесь в день сравнительно безопасно, но не исключено, что какая-то сука может пальнуть по посадке», – говорит Андрей. Он приехал сюда со своими ребятами с Майдана. Всего в Нацгвардии записалось 24 бойца 9-й сотни. Хотелось больше, но не все прошли медкомиссию. Уже здесь на базе знакомимся с Денисом.

Официально должность Зубкова – командир 4-й роты 1-го резервного батальона Нацгвардии. Он – офицер запаса. Выглядит моложе своих 33. При этом говорит, что субординация существует и его слушают те кто и сташий, и выше по званию. «Что тебя привело сюда»?, – спрашиваю.«Эхо Майдана», – говорит с какой-то философской иронией на лице.Как на меня, ответ несмотря на лаконичность, очень меткая…. Ребята, кто из них сейчас не на боевом посту, заняты кто чем.

Одни отдыхают после очередной ночной стрельбы. Кое-кто готовит чай или похлебку. Другие копают окопы, которые по ночам часто становятся их спальнями. Кто-то, вооружившись автоматами пошел в село по воду. Ходят, кстати, человек по восемь минимум.

Пока двое набирают воду – остальное ощетинюють в разные стороны свои АК. Бдительность никогда не бывает лишней. Доказано кровью Волновахи.Интересуюсь, не томятся бойцы во времена, когда спадает напряжение. «Мужики, а чего вы с пустыми руками приехали. Кто так в гости ходит.

Надо было девушек взять, медведя, баню привезти. Развеселили бы нас немного», – шутит Денис. Даст Бог, думаю, когда закончится это зло, все тебе будет. Ну разве что медведя не уверен. Ходим лагерем.

Денис с Андреем знакомятся с ребятами, рассказывают истории. Интересно, что здесь бок о бок воюют те, кто во времена Майдана был по разные стороны баррикад – самообороновцы и бывшие бойцы войск внітрішніх. «Нормально. Есть, конечно, люди, которые в тихую шипят друг на друга, но внешне это не получается и проблем не создает. Унас тут одна боевая задача, так что не до конфликтов между собой», – говорит Денис.Его слова подтверждает полковник Владимир из управления Нацгвардии, до недавнего времени «вевешник».«У нас один общий враг и одна страна, которую надо защищать», – говорит он.Справляюсь о еще один момент, который мне кажется важным.

как сосуществуют профессионалы с ВВ с ребятами, которые скорее привыкли действовать по казацкому обычаю, а то иногда с элементами махновщины. Полковник и здесь не видит никакой проблемы. «Знаете, когда над головой свистят пули, лишний раз напоминать о дисциплине не приходится. Хотя, конечно, «сито» было. Кое-кто отсеялся».И полковник Владимир, и ротный Денис, и сотник Андрей подтверждают, что были ребята, которые где-то не рассчитали свои силы.

На волне революционной романтики записались в Национальную гвардию, но быстро поняли, что это не их. Основной отсев произошел еще в учебном лагере гвардейцев в Петровцах. Те, кто попал уже сюда, на фронт, в основном уверены в себе и своем выборе…. Действительно где-то даже немного умиляет, когда мирно беседуют сотники Майдана и офицеры ВВ. Еще только вчера они готовы были перегрызть друг другу глотку. Но такова жизнь.

Оно мудрее. Раны Майдана рано или поздно заживут, а боль в душах и сердцах… Боль глушит свист вражеских пуль. На счастье в день, когда мы находимся под Славянском, пули не досаждают нам общаться с бойцами. Время от времени раздаются взрывы в направлении злосчастной горы Карачун. Бьют из гранатометов.

Но это игрушки по сравнению с тем, что здесь происходит ночью. При чем буквально каждой ночи. «Ожидаете в день выборов особых неприятностей», – спрашиваю у бойцов, которые несколько расслабившись, уселись на траве и смотрят глазами в расстрелянное небо над Славянском. И здесь четыре голоса почти в унисон выстреливают фразу, как из пионерской речевки. «Мы их каждый день ждем».

Глядя на усталые лица бойцов, на Андрея Антонищака, который кажется вот-вот заснет прямо на ходу, осматривая нашу страшную бронетехнику, понимаешь. степная идиллия под палящим солнцем – это иллюзия. Так нечистый заманивает в ад, показывая его раем. Дальше будет….

Related posts:

Leave a Reply