“Это Союз писателей должен вступить в меня, а не я в нее”

Андрей Любка Справка поглядуАвтор двух сборников стихов, многочисленных публикаций за рубежом, участник фестивалей от Москвы до Стамбула и от Берлина до Праги, – видимо, так следует представить Андрея Любку. Окончил военное училище, сидел за участие в митингах в белорусской тюрьме, любит рыбалку, сильные эмоции и динамичная жизнь. Андрей недавно представил во Львове свой первый прозаический сборник “Киллер”. – Начну неожиданно. тебе нравится твоя фамилия.

– Ого, действительно неожиданно. Сначала меня фамилия раздражало… Хотя вроде хорошая фамилия, от слова “любовь”, но меня нервировало, что все всегда говорили только “Любка”, а не Андрей… Но со временем мне оно стало нравиться и сейчас нравится… Оно имеет свой плюс, потому что легко запоминается. Обо мне всегда все говорят только “Любка”. Возможно, когда хотелось бы иметь какое-то мужественнее, воинственное фамилия, ну, но Любка также годится. Это будто я мужественный воин любви.– Расскажи немного про школьные годы.

Имел предметы-фавориты. – С детства я был таким себе бэд-бой, это уже позже я стал вежливым и воспитанным. Уже со 2-го класса я прогуливал уроки, рано начал курить. Но меня спасло чтение. После 3-го класса я начал много читать, очень много.

Прочитал “Дети капитана Гранта”. Чтение, книги стали параллельной реальностью, часто более интересной и увлекательной, чем настоящий мир. С 5-го класса ситуация исправилась, я взялся за ум. Я был в химико-биологическом классе. Очень любил химию.

Ну, и литературу также. Но химию, конечно, больше. Люблю я “химичить”.– Тебе приходилось жить некоторое время в Львове. Ты влюблялся в нашем городе. – Дольше всего я жил здесь, пожалуй, две недели.

В конце концов, я во Львове бываю очень часто, бывало по тридцать раз в год, как 2009-го. Честно говоря, мне даже трудно ответить, где я сейчас живу. Видимо, я живу в поездах и самолетах, время от времени только наведываясь до каких городов. Во Львове не влюблялся, но тут проводил прекрасные мгновения своей жизни. Так же в поэтической украинском сознании именно Львов ассоциируется с любовью, правда.

По крайней мере так думают восточники, которые описывают в своих блогах желание вдыхать ароматы кофе и смотреть на дождь и львовскую брусчатку”. Ужас, это очень банально. Львов стал настолько туристическим, что в центре, кажется, больше всего пахнет вареной капустой из всех этих забегаловок и ресторанов. Как в таких условиях можно влюбиться. (Смеется – Авт.)– Трудно было тебе как молодому писателю, еще только студенту 3 курса, издать свою первую сборку.

Ведь все молодые сетуют на отсутствие интереса к дебютантам, особенно поэтов. – Знаешь, интересная история была с моей первой книгой. В Ужгороде с моими друзьями Возрасту Коврієм и Валентином Кузаном мы создали литературное объединение “НЛО Ротонда”. Мы собирались, жгли костры, читали стихи. Часто организовывали различные вечера чтения.

Однажды ко мне подошел профессор Сергей Федака, также писатель, и сказал. “Я уже несколько раз слушал твои стихи, это надо опубликовать, принеси мне на диске свои произведения, издадим сборник”. Я тогда подумал, что чувак себе бахнул и просто сказал, что это такие пьяные разговоры. Но я ему таки принес диск, а через два месяца вышла книга. Такое себе обыкновенное чудо.

Иногда я думаю, что я просто счастливчик.– Что ты можешь сказать о литературный процесс в Закарпатье сейчас. – Я немного отошел от закарпатских дел, но Закарпатье уже на пороге некоего литературного феномена, является гроздь людей, которые бы могли его создать, но это все еще не встал как завершенная целостность. Станиславский феномен уже состоялся и уже даже не существует. А Закарпатский рождается уже четыре года. Его еще нет, но он уже выкристаллизовывается.

Михаил Рошко, Александр Гаврош, Лесь Белей, Оксана Луцишина, Возраст Коврей, Сергей Федака, Петр Медянка – для меня это просто друзья, а для кого-то, может, и феномен.– Ты много путешествуешь. Помнишь свое первое знакомство с зарубежной публикой.  – Да.. Это было в 2008 году в Германии, в Дармштадте возле Франкфурта. Мы тогда приехали с Андруховичем и с закарпатским писателем Михаилом Рошком.

Было где-то человек 70-100, я читал на украинском, на то время имел уже опубликованы немецкие переводы. Меня тогда поразило, что люди заплатили по 25 евро за вход, сидели и так внимательно слушали. Там народ приучен к литературе, культуре, для них это крайне важно, это действительно необходимая часть нормальной жизни.– Недавно твою книгу “Notaufnahme” выпустило австрийское издательство Edition BAES, расскажи немного о ней. Ты имел презентацию в Австрии. – Собственно, слово “Notaufnahme” украинской перевести с немецкого очень трудно, нет аналога.

Примерно это переводится как экстренное отделение скорой помощи, реанимация. Это избранные стихотворения с І, ІІ и ІІІ моих книг, последняя еще только должен выйти. Книга была в процессе 3 года, я уже даже не надеялся, что она выйдет. Три недели назад я выступал с этой книгой в Берлине, 24 апреля презентовал ее в Австрии. Она вышла в продажу фактически месяц назад, пока рано судить, как она продается.

Но я знаю, что там хорошо налажена система с литературой. Выходит новая книга, о ней появляется множество рецензий в прессе, люди там следят за литературными новинками, часто покупают книжки через Интернет и много читают.– Что-то у тебя не сложилось с Союзом писателей. Такое впечатление, что ты недолюблюєш их, а они тебя. – Ну да, я когда написал такой ироничный стих о Союзе писателей. Просто в университетское время, когда мы с друзьями собирались, организовывали какие-то литературные чтения, встречи, много “уважительных” закарпатских писателей хотели нас как-то подогнуть под себя, навязать какие-то мысли.

Нас это, конечно, раздражало. Помню как ко мне подошел несколько лет назад председатель закарпатского отделения Союза, графоман Петр Ходанич, и сказал, что уже пора, пожалуй, и мне вступать в НСПУ. Я ответил, что это Союз писателей должен вступить в меня, а не я в нее. Вот такая, извините, любовь.– Расскажи о свою новейшую сборник прозы “Киллер”. Как происходил твой переход от поэзии к прозе.

– Как сказал Тарас Федюк. “Поэзия очень ревнивая любовница, она не потерпит предательства, перехода на прозу”. Но, как оказалось, терпит. Эту книгу я писал в течение трех лет в трех разных странах. Ее прочитал Юрко Винничук, сказал, что надо выдавать.

Сборник называется “Киллер” мой любимый фильм “Леон киллер”. Мне с детства очень нравился образ этого героя, который, по сути, является вбивцем, но одновременно он как бы и добрый, придерживается правил и принципов, спасает маленькую девочку. Вообще обложкой сначала должен был быть кадр, момент из фильма, где Леон и Матильда идут по улице, сначала на горизонте появляется Леон, а потом – имела с фикусом в руках. Так вот, я любил это кино, написал рассказ “Киллер”, которое и дало название сборнику. Мне, конечно, очень интересно, как воспримут книгу.

Она мне самому нравится. Ведь это книга, в которой я победил собственный страх.– Как должен работать писатель, поэт. ждать вдохновения или заставлять себя писать регулярно. – Я пишу каждый день и считаю, что так и должно быть. Речь идет не только художественные тексты, но и вообще о писания, даже рецензий или писем.

Когда напишу за день какой-то минимум, например, колонку, ложусь спать довольный. Я начинал с многими талантливыми людьми, которые писали хорошие стихи, но о них сейчас не слышно. Кто-то женился, кто-то нашел какую-то работу. Чтобы получить успех в нашем деле – надо писать. Настоящий писатель к своей работе подходит фанатично, у него есть цель.

Писатель должен быть маньяком писания, который только в этом видит свое будущее. У меня была хорошая работа, я хорошо зарабатывал. Мне все советовали не бросать ее. Но я ушел оттуда, потому что хотел писать, чтобы ничего мне в этом не препятствовало. Чтобы в жизни осталась только литература.– А как отвлекаешься от литературы.

Музыка, фильмы, спорт. – Я всегда мечтал быть музыкантом. Мне очень нравится как в “Докторе Хаусе”, этакий холостяк садится за фортепиано, рядом – стакан виски, и играет. Я слушаю очень много музыки. Когда пишу, мне больше всего нравится классическая музыка, она не отвлекает текстом.

Сейчас слушаю музыку Radiohead в исполнении симфонического оркестра, трибюта. С того, что смотрю, чтобы разгрузить голову, люблю “Доктора Хауса”, из последнего очень понравился сериал про Шерлока. Также смотрю сериал “Каліфорнікейшн” об циничного писателя, который любит жизнь.  – Считаешь себя публичным человеком.  – Наверное, мы все сейчас стали публичными людьми – благодаря социальным сетям.

Напишешь какой-то статус на фейсбуке – и ты будто что-то “заявил”. Каждый стал что-то заявлять, рассуждать, высказывать свою банальную “мысль”, это уже эпидемия какая-то. Но достаточно отключить телефоны, не подходить к Интернету, и тогда можно прекрасно отдохнуть от этой публичности. Насладиться реальной жизнью.– Личная жизнь не страдает от твоих постоянных переездов, путешествий. – Нет, часто наоборот – это его насыщает (улыбается – Авт.)Беседовала Дарья Попиль.

Related posts:

Leave a Reply